Страница не найдена

Что такое «Новая норма» в 2018 году?

, Люди

В Институте «Стрелка» начался второй год экспериментальной постдипломной программы «Новая норма». В этот раз в команде студентов собрались 33 специалиста из 14 стран, среди них архитекторы, дизайнеры, юристы, журналисты, программисты, философы и физики. Работа по-прежнему будет вестись в формате исследовательской дизайн-лаборатории, которую возглавляет Бенджамин Браттон — социолог и теоретик дизайна и архитектуры.

Помимо пяти месяцев обучения, программа включает исследовательские поездки по России и путешествие в Китай. Конечная цель — изучить, как меняющиеся технологии создают новую реальность современного мира и как это находит отражение в городской жизни и градостроительстве. Strelka Magazine поговорил с Бенджамином Браттоном об ожиданиях от программы 2018 года и собрал мнения студентов о том, что же такое «Новая норма».

 

ПЕРВЫЙ ГОД «НОВОЙ НОРМЫ»

Прошлогодние проекты сильно различались по целям, размаху и содержанию. Их объединяло то, что они предлагали способы дополнить — не заменить — традиционный подход к городскому дизайну.

Многие проекты основывались на фундаментальном переосмыслении того, чем города в принципе могут стать, и попытках представить, каким образом эти изменения будут происходить. Полагаю, наш главный урок прошлого года заключается в том, что города включают в себя множество вещей, которые не учитываются в традиционном планировании.

1 / 11

Солвейг Сьюс (Дизайнер из Лондона, Великобритания)

2 / 11

Дениза Луна Асеведо (Архитектор из Тихуаны, Мексика)

3 / 11

Екатерина Брыскина (Архитектор из Санкт-Петербурга, Россия)

4 / 11

Наталья Межецкая (Дизайнер из Москвы, Россия)

5 / 11

Иван Пузырев (Проектный менеджер из Екатеринбурга, Россия)

6 / 11

Цяо Чу Линь (Программист из Берлина, Германия)

7 / 11

Анна Токарева (Дизайнер из Ростове-на-Дону, Россия)

8 / 11

Дана Баддад (Дизайнер из Москвы, Россия)

9 / 11

Дарья Ступина (Архитектор из Самары, Россия)

10 / 11

Дж Шинь Джой Жу (Писатель из Гонконга, Китай)

11 / 11

Томас Клавихо Мартинес (Архитектор из Сарагосы, Испания)

«Я думаю, что модель, которую сейчас формирует „Стрелка“, помогает архитекторам и дизайнерам создавать конкретные прикладные проекты. На основе вопросов, которые ставятся в рамках „Новой нормы“, можно нарабатывать как технические навыки, так и опыт совместной творческой работы. Всё это необходимо для того, чтобы разобраться в тех формах, которые принимает современная городская инфраструктура», — Том Пирсон, художник, Великобритания.

 

НАБОР-2018

В этом году мы набрали очень сильную группу. Она, как и раньше, состоит из молодых специалистов разного профиля, но в этот раз, как мне кажется, отдача будет ещё больше из-за крайне удачной комбинаций навыков среди наших исследователей и сочетания тех подходов, на которые они собираются опираться. Я думаю, что в результате у всех проектов будет некий общий дух и форма подачи, которые будут хорошо отражать «Новую норму».

Кроме того, в этом году мы будем ориентироваться на исследование взаимосвязанных проблем и аспектов городской жизни. Мы представляем себе нашу программу как эксперимент, у которого есть нечто общее и с постдипломной исследовательской программой, и с дизайн-лабораторией идей. Мне кажется, произойдёт некий качественный сдвиг, в результате которого получится не просто набор сильных студенческих работ, но презентация работ одной лаборатории.

1 / 10

Катя Сиверс (Художник из Москвы, Россия)

2 / 10

Хуэй Хон Чань (Архитектор из Куала-Лумпура, Малайзия)

3 / 10

Лукаш Ликавчан (Философ из Брно, Чехия)

4 / 10

Константина Элени Кулури (Архитектор из Афин, Греция)

5 / 10

Ася Баздырева (Историк искусств из Киева, Украина)

6 / 10

Томас Гроган (Художник из Лондона, Великобритания)

7 / 10

Юлия Громова (Журналист из Москвы, Россия)

8 / 10

Артем Коневских (Физик из Троицка, Россия)

9 / 10

Алексей Орлов (Видеооператор из Москвы, Россия)

10 / 10

Пауль Хайниккер (Дизайнер из Берлина, Германия)

«Как мне кажется, сегодня способность совмещать и сопоставлять различные точки зрения, модели, теории и прикладные инструменты анализа становится „новой нормой“ для профессионалов практически в любой области», — Анна Паукова, психолог, Россия.

Безусловно, в этом году мы будем опираться на данные, полученные в результате прошлогодних изысканий, и, как можно догадаться, по мере продвижения вперёд фокус нашей работы становится всё чётче. В течение первого года мы опробовали множество новых идей и подходов, старались заглянуть в будущее максимально далеко, изучали, как развитие технологий влияет на современный дизайн.

 

ОРИЕНТАЦИЯ НА ВОСТОК

Одним из самых важных изменений в нашей работе станет новая точка отсчёта: мы смотрим на Россию с Востока. Многие горячие обсуждения в прошлогодней лаборатории так или иначе были связаны с отношениями между Россией и Западом. В этот раз мы хотим сконцентрироваться на отношениях России и Китая, на Дальнем Востоке, инфраструктурных связях в этом регионе. Подумать о нём как о месте, где зарождается и случается будущее.

Одним из объектов подробного исследования в рамках изучения российско-китайских отношений и общего геополитического сдвига станет стратегическая инициатива КНР по  созданию Нового шёлкового пути — «Один пояс, один путь». Нам представляется это важной символической вехой. Пока это спекулятивная мегаструктура: скажем, на сайтах государственных китайских телеканалов «Один пояс — один путь» — это уже одна из ключевых новостных рубрик, хотя реально почти ничего не было сделано.

«Утопий на российской почве было создано огромное множество — советский авангард и русский космизм в том числе, — и сегодня, когда происходит перерождение гибридных форм капитализма в новое имперское сознание, на примере России как нельзя лучше можно изучать научно-фантастические сценарии», — Ася Баздырева, историк искусств, Украина.

 

ТОТАЛЬНЫЕ ОБРАЗОВАНИЯ

Также в этом году мы будем изучать, как на глобальном уровне меняется динамика между городами и государствами, в которых они находятся. Есть города, которые по факту являются государствами, например Сингапур. Есть города, представляющие главенствующий столичный регион, такие как Москва. Нас интересуют в том числе сети, которые объединяют такие города, определённым образом соотносящиеся со своими государствами.

Интерес вызывают и случаи политической и экономической исключительности, и способы, при помощи которых можно экспериментировать над различными политическими и экономическими системами в разных контекстах.

Гонконг и его отношения с Китаем — своеобразный пример зоны экономико-политической исключительности. Это очень яркий пример и в плане того, как эта исключительность утверждалась и нарабатывалась, и в плане того, каков её рабочий механизм. Шэньчжэнь же в некотором смысле является особой экономической зоной. Таким образом, у нас соседствуют зона экономико-политической исключительности и особая экономическая зона. И граница, которая пролегает между ними, не имеет чёткого статуса.

1 / 11

Лео Штуккардт (Архитектор из Берлина, Германия)

2 / 11

Джеймс Кубинек (Архитектор из Баффало, США)

3 / 11

Николай Николаев (Городской планировщик из Якутска, Россия)

4 / 11

Всеволод Окин (Менеджер проектов из Москвы, Россия)

5 / 11

Пол Ван Херк (Архитектор из Мельбурна, Австралия)

6 / 11

Людмила Савельева (Фотограф из Москвы, Россия)

7 / 11

Томас Пирсон (Художник из Лондона, Великобритания)

8 / 11

Михаил Анисимов (Разработчик из Санкт-Петербурга, Россия)

9 / 11

Анна Паукова (Психолог из Москвы, Россия)

10 / 11

Андрей Жилейкин (Юрист из Москвы, Россия)

11 / 11

Педру Мораиш (Художник из Рио-де-Жанейро, Бразилия)

«Я надеюсь, что в 2050 году заниматься философией, не имея фундаментального знания о машинном обучении, автоматизированных способах государственного и муниципального управления, крупных инфраструктурных объектах и видах интеллекта, не связанных с человеком, будет уже архаикой и исключением, а не нормой», — Лукаш Ликавчан, философ, Чехия.

 

ИСКУССТВЕННЫЙ ИНТЕЛЛЕКТ В МАСШТАБЕ ГОРОДА

Ещё одной темой, которой мы вплотную займёмся в этом году, станет искусственный интеллект в масштабе города. Нас не интересует классическое понимание «умного города» — города, где уже есть отлаженная городская система и существуют районные сообщества и где определённые городские услуги вроде паркинга получают умную надстройку в виде приложений и компьютеризированных парковочных мест.

Нас интересует нечто более глубокое: что города всегда были и остаются пространством, плотно насыщенным информацией, и информация, которая в этой экосистеме содержится, всегда разнородна и разнообразна. Ещё более фундаментален вопрос о том, какой вклад алгоритмический разум, сенсорные системы, автоматизированные системы моделирования и им подобные вносят в эту сложнейшую городскую систему обмена информацией. Мы начнём с поиска ответа на этот вопрос.

1 / 6

Бенджамин Браттон (Программный директор)

2 / 6

Ольга Тенишева (Исполнительный директор образовательных программ )

3 / 6

Николай Бояджиев (Тьютор)

4 / 6

Мария Славнова (Тьютор)

5 / 6

Евгения Сеплярская (Студенческий координатор)

6 / 6

Елена Мозговая (Продюсер образовательной программы)

 

ОЖИДАЕМЫЕ РЕЗУЛЬТАТЫ

Всегда сложно заранее предсказать, какие мы получим результаты. Мне кажется, что мы используем модель, к которой пришли по результатам прошлого года, когда группы представляли свой проект через фильм, написание компьютерной программы или описание стратегии. Я предполагаю, что новые предложения, высказанные в финальных проектах, будут основываться на конкретных городских примерах — будут предназначены для одного-единственного места и никакого другого. К концу третьего года мы бы хотели увидеть не просто набор проектов, а узнаваемый стиль дизайн-исследований «Новой нормы».

Интервью: Тимур Золотоев
Перевод: Анна Широкова-Кунс
Фотографии: Евгений Круглов, Институт «Стрелка»

Нашли опечатку или ошибку? Выдeлите фрагмент и отправьте нажатием Ctrl+Enter.

По теме