Закрылся главный городской журнал Самары. Его редакторы вспоминают, как «Большая деревня» изменила город

23 апреля в соцсетях самарского журнала «Большая деревня» появился пост о том, что издание закрывается из-за кризиса, вызванного эпидемией. Мы все полюбили БД за хулиганский микс из обзоров пельменных, аналитики городских сумасшедших и важных текстов на социальные темы. Редакторы журнала разных лет вспоминают, как «Большая деревня» повлияла на местных жителей и журналистов.

 

ВИТАЛИЙ КОПАЛИАНИ

руководитель журнала с 2017, Исполняющий обязанности главного редактора с ФЕВРАЛЯ 2020

Рекламный рынок очень ослаб в марте и в апреле почти умер. Все коммерческие СМИ себя чувствуют нехорошо. Возможно, за «Большой деревней» последует кто-то ещё. Под угрозой даже старые издания, которые работали десятки лет. Ушли не все, но многие локальные партнёры. Это 50 процентов нашего бюджета. Мы были ориентированы на сферу услуг, развлечения и на гостинично-ресторанный бизнес. Всё это перестало существовать за полторы-две недели.

До карантина не было никаких предпосылок к закрытию. Мы могли в целом чувствовать кризис медиа как сферы. Но нас поддерживал учредитель, росли рекламные бюджеты, и мы могли в любой момент ужаться. Но, когда началась пандемия, просто ужаться уже было недостаточно. Весь апрель мы пытались работать в очень оптимизированном режиме: отказались от офиса, перевели часть сотрудников на гонорары, но невозможно было дальше прогнозировать бюджет.

Мы готовы были продолжать работать за маленькие деньги, многие сотрудники согласились работать апрель и май бесплатно. Но, к сожалению, было решено прекратить работу «БД». Учредители решили, что риски слишком велики.

Мы работали с «Медузой» и «Русским репортёром». Наши журналисты уходили в ведущие федеральные издания. «Большая деревня» повлияла на журналистику в городе в целом, перестроила местных журналистов на другой лад. Мы показали, что журналистика бывает разная. Иногда какая-то трешовая, панковская, бывала социальная, но мы всегда пытались держать высокий уровень. В том числе в отношении коммерческой журналистики. Многие издания следили за нами и перенастроились вслед за «БД» в сфере работы с клиентами. Шанс собрать заново «Большую деревню» сейчас стремится к нулю.

любимый текст

«Я жила с абьюзером: 3 истории»

«Большая деревня» всегда была развлекательным изданием. Но, помимо этого, мы старались затронуть важные вопросы современного общества. После этого текста мы получили большой отклик, люди просили о помощи. Для локальных медиа, где очень много зашоренности и журналистики в стиле двухтысячных, такой текст — это важное действие.

 

Татьяна Симакова

Соосновательница «Большой деревни». Главный редактор сайта и издатель журнала с 2012 по 2016 

Поначалу мы просто развлекались с друзьями: делали обзоры пельменных, интервью со всеми городскими сумасшедшими, которых в Самаре навалом, делали планёрки на природе с пивом, вечеринки в заброшенных зданиях. Сложно тут только одно: панк и свобода привлекают, но никогда не окупаются.

Мне хочется надеяться, что кто-то это гедонистическое дело продолжит. За время работы «Большой деревни» наши читатели стали смотреть на Самару влюблёнными глазами, замечать что-то своё, больше ценить свой образ жизни. Это здоровый, настоящий патриотизм, а не сусальное золото, которое нам пытаются всучить люди из телевизора. Шанс, что в Самаре появится что-то подобное «Большой деревне», конечно, есть: молодых и весёлых ребят в городе много.

Любимый текст

«Удав через себя»: редакция познакомилась с человеком, которого зачастую можно было увидеть гуляющим по центру города с огромной змеёй на шее.

 

Феликс Сандалов

был приглашённым редактором журнала в 2016 

Это был резвый, хулиганский, знающий город и читателей вестник всего сразу: от архитектуры купеческих особняков до полуподпольных эмбиент-вечеринок в костёле, от новинок партизан-киноделов до уникального самарского гедонизма.

Разглядывая главную сайта, можно было подумать, что это интересная точка на карте России, где не страшно и даже весело жить — оптика-с. Собственно, я так весело и прожил там полтора месяца, уплетая чевапчичи и работая в «БД» приглашённым ментором. В основном всё сводилось к демонстрации работы с городской мифологией методами панк-журналистики — помню, правда, только выдающийся в своей бессмысленности материал «Если бы Самара была видеоигрой». Сейчас, в эпоху тестов из одного вопроса в крупнейшем новостном издании страны, это всё кажется, конечно, вялыми полумерами, но и ручки тогда поворачивались не до 11.

Текст из поста Феликса Сандалова в Facebook

ЛЮБИМЫЕ тексты

Пальцы веером: как вице-чемпион по атлетическому фитнесу ушёл в маникюр

«Я по характеру волк, люблю луну»: история о самарских фурри — взрослых, которые интересуются антропоморфными животными и ассоциируют себя с ними

 

ЛЮБОВЬ САРАНИНА

ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР ЖУРНАЛА С ФЕВРАЛЯ 2019 по ФЕВРАЛЬ 2020

Сразу после того, как стало известно о закрытии «Бигвилла», мне позвонил один из городских промоутеров: мол, а что случилось, а как жить. И это не история о том, что теперь организаторам вечеринок негде о них рассказывать (хотя и это тоже). Это лишний раз доказывает, что «Большая деревня» была частью большой самарской тусовки, другом каждой галерее, бару или кофейне, а главное, каждому читателю и герою, которого мы смогли открыть городу — будь то бешеный одинокий монах, звонарь-бэдбой или обладатель «Хрустальной совы», родившийся на Красной Глинке.

Я пришла в издание в апреле 2015 года: тогда «офис» «Бигвилла» располагался по соседству с танцклассом, ещё не шло речи об устоявшемся эфире и крупных рекламодателях.

Мы проводили планёрки, полулёжа на пледе, покупали «бизнес-ланч» в магазине белорусских продуктов и верили, что всё это может перерасти во что-то большее. Были уверены, что город хочет знать не только о ДТП, перестановках в правительстве, но и о том, куда пойти на выходных или что за мужчина купает питона в фонтане Осипенко. И хочется думать, что «Большая деревня» сохранила это настроение до самого конца.

Не думаю, что место «Большой деревни» долго будет пустовать. Сегодня даже суперлокальное студенческое медиа может стать маленьким городским изданием. Но одно дело — сделать лайфстайл-медиа, решить «Ух, вот сейчас мы тоже будем писать рецензии на рестораны и освещать жизнь на Волге», и другое — найти язык, на котором это медиа будет говорить с читателем, и свой характер, суметь построить вокруг себя классное комьюнити. «Бигвилл» всё смог — как бы нас ни хаяли за «чилл», «тикеты» и слово «жопа» в заголовках и лидах и как бы кто ни говорил, что «БД» — это издание для хипстеров, которое не замечает, что где-то на улице Советской Армии снова встал боком дорожный люк.

Любимый текст

«Здесь всё для того, чтобы доставить людям офигенное счастье» Мой путь начался с материала о владельце галереи «Атриум», который решил построить в Самаре не ТЦ, а дворец. Этот текст, который написала Вероника Синицына (и вдохновила меня прийти в редакцию), остаётся для меня одним из любимых.

 

Полина Накрайникова

Главный редактор журнала с 2016 по февраль 2019

Я знаю, что «Бигвилл» многое изменил в Самаре. Мы собирали вокруг себя молодых, классных и активных горожан и делали для этого всё. Вечеринки, гаражные распродажи, поиск новых лиц и героев, анонсы неизведанных мест — мы видели Самару классной и транслировали этот взгляд на город всей стране, а главное — его жителям.

«Большая деревня» — моя первая настоящая работа, и эта первая работа определила в моей жизни многое. Я пришла в команду спустя полгода после открытия на позицию внештатного автора и прошла долгий путь, побывав ведущей рубрики про рестораны, автором, эсэмэмщиком, заместителем главреда и наконец главным редактором.

Я очень многому научилась, и это касается не только профессиональных качеств: это подход к делу и дедлайнам, желание сделать всё как можно лучше и просто очень глубокое неравнодушие к проекту. Именно так в «Большой деревне» воспитывали меня и именно таких людей набирали в команду. Многих из них я считаю своими друзьями. Вообще, «Большая деревня» всегда была больше про сообщество, чем про сухой текст: друзьями становились наши герои, рекламодатели и читатели, которые то воевали, то нежно мирились в комментах.

Я проработала там около пяти лет, и каждый год не был похож на предыдущие. Каждый человек привносил в редакцию что-то своё: Люба Саранина — увлекательные материалы про священнослужителей, Настя Гриценко — первые вести о лучших самарских вечеринках, Карина Астрономова — бесконечно добрые новости о птицах, Арина Гриднева — душещипательные интервью, Паша Чечулин — события из гик-тусовки, и так я могу сказать абсолютно про каждого из коллег. Я бесконечно благодарна Тане, Лере, Стасу и Виталику, которые многому меня научили: все мы вложили в этот проект много души.

любимый текст

«Я не знаю, кто такие говнари»: интервью с директором рок-бара «Подвал»

 

валерия алфимова

соосновательница «большой деревни», в разное время шеф-редактор и директор по развитию

«Большая деревня» для меня — первая ступень в моей ракете. Именно благодаря Бигвиллу я встретила друзей, мужа, получила американский диплом, жила в Чикаго, Сан-Франциско, и Барселоне, а теперь руковожу крупным международным стартапом. Но главное, как мне кажется, что дал Бигвилл мне и многим другим людям — понимание, что, извините за труизм, не место красит человека.

Когда я уезжала из России, я еще не знала, насколько меня будет переполнять гордость за Самару, и что я буду по сто раз пересказывать людям со всего мира, как у нас принято кататься за Волгу, приходить на работу с песком в трусах и радоваться жизни как в последний раз.

Думаю, что мне, как и многим молодым людям города, Бигвилл дал чувство малой родины, принадлежности к одному яркому пятну на карте, той самой «внутренней» Самаре, которая поддержит твою идентичность, где бы ты ни оказался.

После закрытия мне написало много ребят, которые были готовы писать бесплатно, запустить краудфандинг или «продолжить наше дело». Я думаю, Бигвилл подал отличный пример любви к своему городу — и буду рада, если эта любовь выльется в похожее (или — что даже лучше — непохожее) городское медиа.

Как написал Виталий Копалиани в одном из комментариев в ответ на заявление «а че вам стоит паблик вести, это ж просто“: “кушать хочется, хотя бы раз в день». Это, пожалуй, лучшее определение бизнес-модели регионального СМИ и главная причина наших бессонных ночей. Развитие медиа в регионах идёт рука об руку с поддержкой малого и среднего бизнеса, и, к сожалению, на одном энтузиазме здесь долго не протянешь. Хочется верить, что ситуация изменится.

любимый текст

«В первых рядах на концерте совсем юные девочки или латентные гомосексуалы»

Это интервью с Джаредом Лето. К сожалению, не помню настоящее оно или выдуманное.

Нашли опечатку или ошибку? Выдeлите фрагмент и отправьте нажатием Ctrl+Enter.

Поделиться в соцсетях

По теме