Страница не найдена

Киберутопия, которую мы потеряли: как в СССР экспериментировали с Интернетом

16 апреля Госдума приняла в окончательном чтении закон об «обеспечении безопасного и устойчивого функционирования» интернета на территории России. По словам властей, это защита от угроз — страховка на случай отключения интернета извне. В Советском Союзе учёные и инженеры рассматривали компьютеры как «машины коммунизма» и пытались построить автономную систему, которая могла бы решить проблемы надвигающегося застоя. Александр Буренков — о главных причинах неудачи проекта советского интернета.

 

коммунизм с кибернетическим лицом

Компьютерные технологии кажутся сейчас логичным порождением развитого капитализма, продуктом финансирования агентств Министерства обороны США. Но в Советском Союзе 60-х годов некоторые учёные и инженеры рассматривали компьютеры как «машины коммунизма», предлагая своё видение глобальной информационной сети.

Идея советского коммунизма с кибернетическим лицом была вызвана, главным образом, ростом советской экономики в начале 1960-х годов. Управлять ею стало сложнее, а обрабатывать огромные массивы данных и согласовывать между собой все отрасли производства — почти невозможно. Назрела необходимость применения в задачах государственного управления электронно-вычислительной техники и автоматизированных систем управления, которые появились к этому времени и с успехом использовались в военно-промышленном комплексе.

Кибернетики проводили многочисленные аналогии между машинами и биологическими и социальными системами. Человеческое общение описывалось как передача информации с помехами, а нервная система уподоблялась компьютеру.

 

король советского интернета

Виктор Глушков за пультом ЭВМ «Днепр». Стоят: неизвестно, В. Скурихин, Л. Корытная, Л. Жук, В. Каленчук, Б. Малиновский, 1960 год

Руководил работами по улучшению замедляющегося советского социализма всемирно известный математик, директор Института кибернетики АН Украинской ССР, академик АН СССР Виктор Михайловича Глушков. По рекомендациям академика вплоть до середины 1980-х создавались специализированные институты, в крупнейших вузах страны открывались факультеты и кафедры для подготовки специалистов по вычислительной технике и так называемым АСУ (автоматизированным системами управления).

Главным проектом математика стала «Общегосударственная автоматизированная система управления советской экономикой». Академик полагал, что это единственная возможность для дальнейшего развития страны перед надвигающимся застоем. Воображение математика рисовало тысячи локальных компьютеров, связанных друг с другом через региональный сервер. Сеть так называемых «мейнфреймов» должна была быть синхронизирована по всей стране и связана с Главным вычислительным центром в Москве.

Главное, чем должна была помочь система, — снизить влияние субъективного фактора при принятии управленческих решений и резко повысить эффективность работы предприятий промышленности и транспорта.

Политической стороне провала плана по созданию общенациональных компьютерных информационных систем для управления народным хозяйством СССР (был реализован лишь фрагмент ОГАС в виде создания АСУ) посвящена известная статья историка науки и специалиста по советской вычислительной технике, кибернетике и космонавтике Вячеслава Геровича «Интер-Нет! Почему в Советском Союзе не была создана общенациональная компьютерная сеть».

 

провал советской «кибертонии»

Идея Глушкова была не первым неудавшимся проектом советского интернета. В 1959 году военный инженер Анатолий Китов представил не получивший поддержки Хрущёва проект «Красная книга», предусматривавший создание в СССР Единой государственной сети вычислительных центров (ЕГСВЦ), которая объединяла бы управление армией и народным хозяйством (в духе времени инженер ставил вопрос о глобальном соперничестве с США).

В некрологе Глушкова, опубликованном в США, учёный был назван «королём советской кибернетики». Его книга «Основы безбумажной информатики», вышедшая через несколько месяцев после его смерти, заканчивается словами:

«Недалёк тот день, когда исчезнут обычные книги, газеты и журналы. Каждый человек будет носить с собой электронный блокнот — комбинацию плоского дисплея с миниатюрным радиоприёмопередатчиком. Набирая на клавиатуре этого блокнота нужный код, можно, находясь в любом месте на планете, вызвать из гигантских компьютерных баз данных тексты, изображения, которые и заменят не только книги, журналы и газеты, но и телевизоры».

Книга была выпущена в формате популярного издания, рассчитанного на самую широкую, но математически образованную публику, однако многие её страницы с увлечением читали люди, далёкие от информатики. Академик рассказывал и о перспективах вычислительной техники в быту: о том, какими будут телевизоры и телевидение будущего, о многофункциональных телефонных аппаратах, о программированных стиральных машинах, безбумажном документообороте (прообразе электронной почты), компьютерных играх, программировании с использованием естественного языка (прообразе персонального ассистента наподобие Алисы или Siri), электронных версиях газет и журналов и даже внедрении электронных денег для взаиморасчётов между предприятиями (проект советских e-money был подготовлен в 1962 году).

К одной из новогодних вечеринок сотрудники института Глушкова придумали виртуальную страну «Кибертонию», управление в которой осуществлял совет роботов.

«Кибертония» проводила регулярные развлекательные мероприятия в Киеве и Львове, конференции и детские праздники, издавала брошюры, собственную валюту и даже проект кибернетической Конституции, став, по сути, спекулятивным дизайн-проектом так и не случившегося советского кибернетического будущего.

Вышедшее в 2016 году в MIT Press исследование Бенджамина Питерса How Not to Network a Nation: The Uneasy History of the Soviet Internet ясно показывает, что одной из главных причин неудачи проекта советского интернета стала советская бюрократия. Ведомства, задача которых формально заключалась в том, чтобы обеспечивать социалистическую кооперацию, напротив, усердно защищали собственные аппаратные позиции. Советский Союз не смог построить интернет не столько из-за нехватки технологий или отсутствия частной собственности, сколько из-за невозможности протолкнуть столь масштабный проект через все ведомства, интересам которых он противоречил. «Хотя сегодня наши компьютерные сети процветают, — пишет Питерс, — история советского интернета показывает нам, что нынешние сети не являются чем-то естественным или необходимым». А значит, нет никаких гарантий, что его не ждёт судьба советского кибернетического проекта.

 

современные художники и советский интернет

В научно-фантастической видеоработе «После скудности» иранской художницы Бахар Нуризаде попытки советских кибернетиков в 1950–1980-е годы построить полностью автоматизированную плановую экономику показываются как факт из альтернативной истории, а экономическое применение социалистических кибернетических экспериментов — как материал для пересмотра финансовых механизмов и представлений нашего времени.

Международный интерес художников, спекулятивных дизайнеров и исследователей к истории советской кибернетики можно объяснить очевидным желанием найти альтернативные нарративы для будущего. Cегодня мы пытаемся понять, как можно использовать советский опыт, чтобы выйти из состояния цифрового феодализма к новым возможным утопиям. С одной стороны, это материал для сценариев «советофутуризма» (Soviet Futurism) и попыток представить, как появление альтернативного интернета изменило бы ход истории. Как использовали бы новые технологические возможности КПСС и советская армия? Создала бы советская сеть новую цифровую тиранию? Как СССР, обладающий собственным интернетом, переживал бы падение цен на нефть, перестройку, гласность, и каким он вошел бы в 1991 год?

Поделиться в соцсетях

По теме