, Наука и искусство

Как группа «Шар и Крест» заставила всех покупать современное искусство на фейсбуке во время пандемии

Автор: Ульяна Доброва

Искусствовед Ульяна Доброва объясняет, как дружеская инициатива коллекционера и арт-дилера Максима Боксера стала настоящим художественным форумом, позволив участникам забыть о трудностях самоизоляции.

 

Как устроен «Шар и Крест»

3 апреля 2020 года в русскоязычном фейсбуке появилась новая забава — группа «Шар и Крест», место для взаимовыручки художников, торговцев и коллекционеров, закрытая площадка по продаже недорогих произведений искусства. Довольно быстро из игры в обмен графическими листами с друзьями-коллекционерами проект превратился в деловой, исследовательский, просветительский. Он стал достойной заменой «Перелётного кабака» на время карантина. Этот предыдущий проект Максима Боксера долгое время был местом цеховых праздников и душевного общения искусствоведов, писателей и художников, пока на место небольшой галереи в центре Москвы не приехал винный магазин.

В докризисное время аукционные дома продавали в среднем 40 % лотов за торги, что считалось очень успешным результатом, а русскоязычные стартапы в соцсетях с аналогичным контентом в 99 % случаев заканчивались ничем. Однако в условиях надвигающегося экономического кризиса, безработицы и безденежья площадка по продаже искусства в фейсбуке с нулевыми инвестициями за месяц сделала оборот в 20 миллионов рублей (по приблизительным подсчётам, точных цифр пока нет).

Николай Онищенко. Из серии Vogue. 2012 Бумага, смешанная техника. 28х21

Её главной отличительной чертой стало ценообразование, которое даже неловко назвать демпингом. По отношению к некоторым художникам цены продаж в группе отличаются на порядок от рыночных. Ценовой ценз — не выше 20 000 рублей для живописи и 10 000 рублей для графики. В момент основания ценз был ещё ниже — 10 000 рублей для любого произведения. Правила группы обязывают активных участников не только покупать, но и продавать: продал три — купи одну, купил одну — предложи две. И хоть проект представляется некоммерческим, однако после продажи десяти работ продавец обязан отдать одно произведение в фонд «Шара и Креста». Количество произведений в фонде, в том числе приобретённых Максимом Боксером, составило примерно 350. Коллекция быстро растёт. В перспективе — составление каталога и организация выставки фонда. 22 мая группа разделилась на «ШиК.Contemporary» и «ШиК.Zine&Book».

 

Как «игра» открыла новых коллекционеров и художников

Произведения искусства, которые художники с радостью отдают в коллекцию Максима Боксера, — единственная прибыль проекта. Поэтому мы можем назвать площадку «Шар и Крест» квазиблаготворительной. А это значит, что рыночная стоимость даже произведений признанных и дорогих художников, таких как Айдан Салахова, Ирина Корина и Таисия Короткова, по факту не снижается. Ведь обычно цена картины в рамках благотворительного аукциона не имеет ничего общего с рыночной стоимостью.

Айдан Салахова. Без названия. 2020. Холст, спрей металлик, эмаль, маркер. Высота 25 см

Карантинное ценообразование подстегнул азарт участников: на низкие цены пришли новые коллекционеры. По словам Максима Боксера, даже те его клиенты, которые покупали не чаще двух произведений в год, делая это неохотно и сомневаясь, включились в игру и буквально за пару недель перевыполнили десятилетний план по покупке искусства. Благодаря фонду мы узнали не только новые имена коллекционеров, но и новые имена художников, в том числе не московских и не питерских — авторов из Сибири и юга европейской части России.

Особый раздел в ярмарочной сутолоке «ШиК’а» (так проект зовут участники) составил антиквариат: советская графика от галеристки Анастасии Шишкиной и коллекционера Юрия Петухова, а также азиатские «затеи» Кирилла Данелия, который по смешным ценам продаёт эротические японские ксилографии сюнга и египетскую «археологию». Можно с уверенностью сказать, что это первая русская площадка по продаже искусства, заработавшая в соцсетях и ставшая не просветительским проектом, а полноценным агрегатором арта, на который приходят живые коллекционеры, художники и деньги.

Inese Manguse. Real Russian rakovina. 2020. Холст, масло. 50х50

 

Почему это сработало

«Проект был инициирован как благотворительный. В эпоху глобальной катастрофы обещание взаимовыручки срабатывает. Я сама приняла участие в игре и приобрела несколько произведений для себя. Меня пригласила Таисия Короткова, — комментирует явление основательница профессиональной платформы для продажи искусства онлайн blockchain.art Кристина Штейнбрехер-Пфандт. — Очень располагает, когда в группе состоят друзья и друзья друзей. Проект остаётся условно закрытым, но развивается вирусно: разрешение приглашать друзей стимулирует к росту числа участников. Тем не менее создаётся эффект честной продажи без цепочки посредников [что, заметим, является основной проблемой офлайн-арт-рынка. — Прим. автора статьи].

Марина Скепнер. Реалистичные цели. 2020. Лист из учебника, карандаш, грунт. 10х15

В отличие от аукционных площадок, таких как eBay, цена фиксирована, что исключает возможность каких-либо технических манипуляций. Ещё одно важное отличие от аукционного бизнеса: правила довольно простые и не меняются в зависимости от личных договорённостей между владельцем произведения и продавцом. Тогда как на торгах может оказаться, что на лот установлена резервная цена, ниже которой он не может быть продан. На мой взгляд, „Шар и Крест“ — замечательная инициатива, имеющая перспективы на выживание после пандемии. Главное — внедрить профессиональные инструменты онлайн-торговли: стандартизация оплаты и логистики».

По сути, «Шар и Крест» представляет собой площадку ярмарочного типа, аналогичную viewing rooms таких международных выставок, как Art Basel или Frieze Art Fair, но собранную из подручных средств и без инвестиций. Пока торговля идёт между «проверенными людьми», можно сказать, что это С2С. Цены отражают уровень первичного рынка для молодых и неизвестных художников, а знаменитые художники жертвуют ценой ради участия в этой игре. И это самая интересная часть происходящего. Потому что «Шар и Крест» — не только профессиональная соцсеть для дилеров и искусствоведов, но и лекарство от одиночества, которое так мучительно в эпоху закрытых музеев и отмены всех вернисажей.

Аркадий Насонов. Из серии «Космизм и Таро». 2014. Бумага, шелкография, гуашь, акрил. 35х25

С этим мнением согласна экономист КБ Стрелка Елена Короткова: «Пока процессы, происходящие в этой группе, не настолько масштабны, чтобы можно было говорить о сильном изменении механизмов работы российского арт-рынка». Однако перемены как в глобальном, так и в региональном рынках после карантина неминуемо произойдут. И одним из последствий станет переход в виртуальное пространство даже таких архаичных видов человеческой жизнедеятельности, как коллекционирование графики и живописи.

Изображение на обложке: коллаж Алены Шаповаловой «Горячие перцы»

Нашли опечатку или ошибку? Выдeлите фрагмент и отправьте нажатием Ctrl+Enter.

Поделиться в соцсетях

По теме