Страница не найдена

Ничья земля: Арктика в лучах лазерного радара

После разрушительной техногенной катастрофы биологическая жизнь в Арктическом регионе стала невозможной. Морской порт в Мурманске продолжает работать в автоматическом режиме: по железнодорожным путям проезжают товарные поезда, складские краны переставляют контейнеры, голос компьютера отчитывается в успешном восстановлении повреждённых систем. «Не включать. Работают люди» — написано на табличке в одном из технических помещений порта. Но людей здесь нет. Голос искусственного интеллекта остаётся неуслышанным. Система тщетно ожидает дальнейших инструкций. Таким себе представили будущее Заполярья студенты «Стрелки» во время поездки в Мурманскую область в марте 2017 года. Их видеоролик «Чёрная Арктика» стал одной из отчётных работ по итогам экспедиции, которую возглавил архитектор Лиам Янг.

 

Кочевая студия

Янг — урбанист и футуролог, он исследует мир с точки зрения глобальных отношений и развития цифровых технологий. Главный интерес Янга — поиск систем и взаимосвязей, благодаря которым можно лучше понять принципы существования крупных городов и по-новому взглянуть на их будущее. Один из его проектов — «кочевая» исследовательско-дизайнерская студия The Unknown Fields Division, которую футуролог создал с архитектором Кейт Дэвис. Вместе они отправляются в отдалённые и экзотичные уголки Земли вроде Чернобыльской зоны отчуждения, Галапагосских островов или золотых приисков в Западной Австралии. Эти территории, по мнению Янга, встроены в глобальные системы и связаны с нашей повседневной жизнью. По итогам каждой экспедиции студия готовит мультимедийные истории, в которых переплетаются документальные репортажи и фантастика. Такие футурологические прогнозы на основе фактических данных архитектор называет спекуляциями.

1 / 5

Фото: архив экспедиции TNN

2 / 5

Фото: архив экспедиции TNN

3 / 5

Фото: архив экспедиции TNN

4 / 5

Фото: архив экспедиции TNN

5 / 5

Фото: архив экспедиции TNN

В рамках программы «Новая норма» Лиам Янг предложил студентам «Стрелки» совершить аналогичное путешествие на Кольский полуостров и исследовать морской порт в Мурманске. Территория побережья Баренцева моря идеально уложилась в контекст экспедиций Янга. С одной стороны, это огромные заснеженные пустоши, «ничья земля», на которой изредка встречаются индустриальные островки человеческой деятельности. С другой — на примере Арктического региона отчётливо видны различные системные взаимосвязи, в том числе между климатическими условиями, промышленностью и жизнью в городах.

 

Города

За Северным полярным кругом находится всего несколько десятков российских городов. Большинство из них сравнительно молоды и были основаны в XX или в конце XIX века. Они появлялись на территориях, игравших важную роль для российской или советской промышленности: около геологических разработок, нефтяных месторождений, портов и военных баз.

1 / 5

Фото: архив экспедиции TNN

2 / 5

Фото: архив экспедиции TNN

3 / 5

Фото: архив экспедиции TNN

4 / 5

Фото: архив экспедиции TNN

5 / 5

Фото: архив экспедиции TNN

По мнению профессора Высшей школы экономики Сергея Медведева, большинство арктических городов России сегодня депрессивные зоны. «Это такая социально и инфраструктурно проблемная часть страны, которая сильно страдает в условиях общего кризиса российского государства и недофинансирования бюджета», — говорит он. В частности, Мурманская область смогла бы полноценно существовать при условии открытых рыночных отношений, но сегодня провинция не получает необходимой самостоятельности от федерального центра, и это не позволяет развиваться капитализму, считает Сергей Медведев. Политолог напоминает про картину Андрея Звягинцева: «Посмотрите фильм „Левиафан“. Там есть все ответы. Вот вам предприниматель, вот он хочет заниматься малыми делами и развиваться, вот вам вид посёлка, собственно, недалеко от Мурманска. Вот вам рыбная отрасль, вот вам гниющая туша кита и вот вам отношение местной власти. Все проблемы Арктики заявлены в фильме „Левиафан“. И они, к сожалению, замыкаются на глобальные структурные проблемы России».

 

Климат

Сергей Медведев считает, что суровый климат не может служить оправданием депрессивному положению Арктического региона. В то же время при исследовании сегодняшней жизни на Севере нужно учитывать не столько погодные условия сами по себе, сколько глобальные климатические перемены. Результаты антропогенного воздействия на окружающую среду отражаются на людях на всей Земле, но в экстремальных условиях Заполярья они проявляются в наибольшей степени.

1 / 3

Фото: архив экспедиции TNN

2 / 3

Фото: архив экспедиции TNN

3 / 3

Фото: архив экспедиции TNN

Под влиянием парникового эффекта климат становится неустойчивым, и это необходимо иметь в виду при ведении городского хозяйства, отмечает руководитель одной из программ Фонда защиты дикой природы Алексей Кокорин. Коммунальные службы должны перестраиваться и быть готовыми к более резкому выпадению осадков, к сильным снегопадам. Увеличение «переходов через ноль» — то есть скачков температуры выше нуля градусов и обратно — приводит к частому гололёду на улицах. Линии электропередач необходимо содержать в хорошем состоянии, потому что при обледенении проводов возрастает риск их перехлёста и коротких замыканий. Климатические перемены влияют и на здоровье горожан. «В Мурманске особо сильных холодов не бывает, но если взять территории дальше к востоку, то там всё чаще случаются резкие температурные минимумы, особенно из-за сильных ветров. Ветер силой 20 метров в секунду в Арктике — это огромная холодовая нагрузка, находиться на открытом воздухе в таких условиях тяжело», — говорит Кокорин. Все прогнозы показывают, что перечисленные тенденции будут только усугубляться.

 

Северный морской путь

Одно из важнейших последствий глобального потепления — таяние ледников. Учёные опасаются, что этот процесс приведёт к вымиранию целых видов животных, значительному повышению уровня воды в Мировом океане и к затоплению некоторых участков суши. В то же время исчезновение ледников в Арктике позволит судам беспрепятственно перемещаться по Северному морскому пути (СМП), большая часть которого сегодня скована льдами. Навигация в российской Арктике заметно активизировалась в последние годы, и, судя по всему, в ближайшие десятилетия масштабы торговых грузоперевозок по СМП значительно возрастут. Именно эти перспективы и их зависимость от климатических изменений привлекли Лиама Янга.

С административной точки зрения Северный морской путь начинается в Карском море и заканчивается в районе Чукотки. Фактически он связывает западные порты Санкт-Петербурга и Мурманска с Дальним Востоком России. Впервые весь маршрут СМП (тогда он назывался Северо-Восточный проход) в 1878–1879 годах преодолела шведская экспедиция Адольфа Норденшёльда. Полноценное освоение пути проходило в советские годы, а пик перевозок пришёлся на 70-е и 80-е годы прошлого века. Сегодня, после нескольких десятилетий спада, объёмы грузов вернулись к показателям тех лет. Недавно новые маршруты, появившиеся на месте исчезнувших льдов, привлекли и международные транзитные суда. Пока их буквально несколько десятков в год, но в условиях глобального потепления и таяния ледников их количество должно вырасти.

В наши дни большинство перевозок по Северному морскому пути осуществляют крупные российские компании, занимающиеся добычей сырья: «Норильский никель», «Газпром», «Роснефть». Современные технологии позволяют им строить суда, которые самостоятельно прокладывают путь во льдах без поддержки ледоколов. На этом фоне любопытны экспериментальные подходы к преодолению преград в северных морях. Например, в 90-х годах «Газпром» и «Норильский никель» пробовали использовать в качестве грузовых судов подводные лодки. В 1995 году атомная субмарина «Виктор III» перевезла из Мурманска на Ямал несколько тонн картофеля.

 

Экспедиция

Большинство исследований Лиама Янга объединяет одна черта — попытка посмотреть на окружающий мир глазами машины, робота. Из каждой экспедиции футуролог привозит видеоматериалы, которые после монтажа и добавления спецэффектов превращаются в фантастические ролики, будто присланные из будущего. Такой подход позволяет Янгу переосмыслять полученную информацию и демонстрировать цепочки взаимосвязей, обнаруженные им в поездках.

На Севере Янг предложил студентам воспользоваться его методами, представить себе возможное будущее Мурманского торгового порта и сформулировать его в форме видеоистории. Участники экспедиции встречались с сотрудниками порта и обсуждали рост и характер грузоперевозок в регионе, автоматизацию технических процессов, кадровую политику. Собирали фактический материал, который необходим для дальнейших футурологических размышлений и фантазий — спекуляций.

«Спекулировать можно исходя из каких-то высказанных проблемных точек, — рассказывает один из участников поездки Ильдар Якубов. — Например, бухта в Мурманске ограничивает действие порта, поэтому основной способ повышения его эффективности — технологические усовершенствования. Студенты сразу понимают, что спекулировать надо на тему технологий. Не съездив туда и не поговорив с людьми, ты можешь не учесть этого. Начнёшь спекулировать на том, что мы расширим порт на 300 метров во все стороны. А это невозможно».

Все спекуляции студентов в той или иной мере сводятся к тому, что в будущем жить в Арктическом регионе будет незачем. Автоматизация уничтожит все рабочие места, и никаких поводов для жизни в суровых климатических условиях Севера у людей не останется. «У нас был проект о том, что жители покинут северные города, а в Арктике повсюду появятся дата-центры. Там поселятся какие-то отшельники и цифровые цыгане-пираты. Они будут паразитировать на этих центрах и иметь доступ к связи, при этом там их никто не сможет обнаружить».

По словам создателей видеоролика «Черная Арктика», задание Лиама заключалось в том, чтобы выбрать один аспект ситуации в Арктике и довести его до предела в своих спекуляциях. Поэтому сюжеты работ получились такими ультимативными.

«По нашему сценарию Северный морской путь существовал и работал, в Арктике полным ходом шла добыча и доставка нефти, то есть развитие событий было вполне позитивным, – объясняет один из авторов проекта Константин Митрохов, – Но в результате автоматизации и оптимизации процессов ради максимальной эффективности происходит некая катастрофа, связанная с добычей нефтепродуктов. Ни одно государство не хочет брать на себя полную ответственность за случившееся и разбираться с последствиями, поэтому регион оказался заброшен. На его территории фактически образовалась новая суверенная зона поверх границ государств, в которой все еще происходит автоматическая добыча, но в которой нет людей. Это мы и называем Black Arctic, “Черной Арктикой”».

 

Лидар

Для некоторых видеоработ Лиам Янг использует специальный лазерный радар — лидар. Этот прибор позволяет измерять расстояние до объектов, считывая информацию об отражении ими световых лучей. Лидары часто применяют учёные, инженеры и военные. С их помощью рассчитывают высоту облаков, находят подводные мины и совершенствуют беспилотные автомобили.

Для Лиама Янга работа с лидаром интересна в первую очередь с эстетической точки зрения. Объекты, снятые на него, выглядят как необычные компьютерные модели с инвертированными цветами. Так Янг пытается имитировать зрение роботов и представлять, как машины могли бы видеть наш мир.

Даже без использования визуальных спецэффектов любой ролик можно сделать необычным и футуристическим, если вмонтировать в него записанные на лидар материалы. Янг научил пользоваться им своих студентов, и вместе они снимали Мурманский порт, город и северную природу. Полученные кадры студенты использовали в итоговых работах, в том числе и в «Чёрной Арктике». Зритель словно смотрит на пространство порта глазами того самого искусственного интеллекта, ожидающего инструкций в Мурманском порту после катастрофы.

Технологии лазерного сканирования и концепция взгляда на мир глазами роботов легли в основу экспериментальных художественных фильмов Лиама Янга. В ноябре 2016 года состоялась премьера его короткометражной картины  Where the City Can’t See, которая целиком состоит из кадров, сделанных лидаром. Ещё один проект, In the Robot Skies, стал первым художественным фильмом в истории, полностью снятым с помощью запрограммированных дронов. В мае 2017 года его можно будет увидеть на большом экране в Москве в рамках фестиваля документального кино.

Нашли опечатку или ошибку? Выдeлите фрагмент и отправьте нажатием Ctrl+Enter.

По теме